Не кинокритик. Не палеонтолог. (plakhov) wrote,
Не кинокритик. Не палеонтолог.
plakhov

Человек среди зомби и оборотней

Это был всего лишь телефон. Дэмиен поднял голову, глаза кольнул свет непотушенной лампочки. Поморгал. На щеке, кажется, отпечаталось ребро письменного стола. Какой смысл на ночь оставаться на работе, если всё равно быстро засыпаешь вот так, скрючившись в кресле. Пора оставить ложный героизм, уже ведь не двадцать лет, три по двадцать выйдет точнее. Все эти бдения только ради самооправдания.

Звонки не унимались. Дэмиен взглянул на часы и, скривив рот, снял трубку. Вряд ли тот, кто набирал номер лаборатории в два часа ночи, понимал, куда он звонит, и был трезв.

- Профессор Савант слушает, - сказал он. И затем другим, удивленным голосом: - Да, конечно, знаю. Да, у меня в лаборатории, но она не постоянная сотрудница. Да, я ей оформлял. Так что она натворила, офицер? Она несколько экстравагантна, я знаю, но… Ах, вот как. Насколько серьезно?.. Врач зафиксировал смерть? А вы уверены, что это вообще она? Да-да, я понимаю, глупый вопрос, для этого я вам и нужен. Там же, где клиника, значит? Хорошо, я сейчас еду.

Бред какой-то. Сбитая на шоссе девушка не могла быть Мартой, потому что в этом случае мир – очень большой мир с его океанами, континентами, островами, ледниками, звёздами и цветами – лишался всякого смысла.

Савант втянул носом воздух. Пахло институтом. Двадцатилетний паркет, бесконечные папки с бумагами, растерявшие в последнее время остатки былой значимости (всё теперь в компьютерах), сваленное по углам лаборатории устаревшее оборудование. Не верилось, что это последний запах, который он ощущает в своей жизни; не верилось, впрочем, и в то, что запах этот на самом деле является имитацией, настолько он был настоящим, привычным, из года в год всё таким же надёжным и основательным. Еще меньше верилось в то, что имитацией был сам Савант.

Он открыл окно – пусть проветривается, запер дверь, спустился по лестнице, прошел мимо спящего охранника (мелькнул, как всегда, где-то сбоку, как манекен в униформе, и исчез; как его зовут-то хоть? вот уж точно зомби). На улице трещали цикады, было свежо, ветер дул с озера. Пахло сиренью и еще - огромным пресным водоемом. Похоже и не похоже на запах моря. Из чего он складывается - водоросли, ил?

Дэмиен сел в машину, завёл двигатель (ночью его треск оказался неприятно громким), и аккуратно повёл машину к выезду с территории. На стекло попадали редкие капли, он никак не мог понять, нужно ли включать дворники.

Через десять минут машина остановилась прямо у дверей клиники, и вопрос потерял актуальность. Чтобы попасть внутрь, понадобилось долго будить смуглого сторожа, который даже во сне выглядел подозрительным типом. Странно было, что охраняет он, а не от него. Оказалось, что морг находится не в том же здании, а где-то во дворе, но цыгану неохота было выходить под моросящий дождик, чтобы проводить неурочного посетителя, и он только помавал рукой куда-то туда, вглубь. Профессор вышел через черный ход, побродил немного, и нашел дорожку; она была выложена неровной брусчаткой. Только-только начинало светать, и сложно было понять, сколько лет этому покрытию - могло быть двадцать, а могло и триста. Савант подумал, что, если и существует древнее суеверие, запрещающее менять кирпичи на таких дорогах, чтобы душам проще было делать на них что-то, что делают неупокоившиеся души, профессору университета неоткуда о нём узнать.

Надпись на входе в здание, как будто вдавленное в землю, известила, что он входит в «Розовую хижину» – человеческое слово «морг» окончательно становилось неприличным и уступало место странному эвфемизму. Полноценную табличку изготовить еще не успели, и надпись была напечатана на принтере, в котором заканчивался картридж. Хорошо хоть, картинку с розочкой не вставили, подумал Дэмиен.

Внутри его встретил высокий усатый полицейский. Звали его Ричардом Петти, а инспектором, как он поспешил сообщить, называть не следовало, так как до этого он еще не дослужился. Каждый раз выговаривать полностью "сержант-детектив" профессору показалось странным, сокращается ли это до "офицера" или "детектива", он тоже не знал, и похоже было, что Ричарду придется оставаться без обращения.

Ступеньки вели не в подвал, как ожидал Савант, а заканчивались на счете три, оставляя посетителя на абсурдной высоте минус тридцать сантиметров относительно земли. Ни кафеля, ни ожидаемого сладковатого запаха не обнаружилось (как может запах иметь вкус? он никогда не понимал этого, а теперь, может статься, так и не поймет).

Детектив выдвинул ячейку из холодильной камеры и расстегнул пакет. Помолчали.

- А полностью на лицо посмотреть нельзя? – спросил профессор. – Чего вы там сверху такое понавязали?

Полицейский помотал головой:

- Вам лучше не стоит. Да и вряд ли вам оно поможет.

- Вообще, очень похожа на неё, - сказал Савант. - Но это не может быть Марта.

- Профессор, разумеется, более достоверное опознание должны произвести близкие родственники, когда мы их найдем. Но, видите ли... В общем, вы ведь не отрицаете, что это может быть мисс Сью, так? Дело в том, что у неё с собой были документы - международный паспорт, права, кредитки.

- Всё это вместе? - спросил Дэмиен. - Удобно. Удивительно, как она еще диплом с отличием с собой не захватила.

Полицейский странно посмотрел на него, но смолчал.

- Как это произошло, - с утвердительной интонацией произнес профессор, потому что должен был так сказать.

- Около трех часов назад на втором километре шоссе её сбил грузовик. Прочие детали я пока не могу сообщать.

Сообщишь, куда ты денешься, подумал Савант.

- Но водителя-то вы, по крайней мере, задержали? Нельзя же после такого отпускать?

Петти дернул плечом.

- Водитель, судя по всему, с места происшествия скрылся, не останавливаясь. Его пока не нашли. Будем искать.

Савант вздохнул.

- Я могу позвонить одному нашему общему с Мартой знакомому? - спросил он. - Думаю, этот человек подтвердит вам более определенно, действительно ли это мисс Сью. И, если это все-таки она, может быть, даст и ответ на вопрос, куда она собиралась ночью, пешком, по пригородному шоссе. - Профессор поразился сам себе - как гладко он лгал, не говоря при этом ни слова неправды.

- Да, конечно, - ответил полицейский. Посмотрев, как Савант шарит по карманам, он с легким удивлением произнес:

- У вас же телефон в руках.

- Это другой. У меня там… в записной книжке, - ответил ученый, выуживая из внутреннего кармана куртки аппарат настолько старинный, что у него еще была внешняя антенна. Затем он нажал пару кнопок, и произнес:

- Кригер? Савант беспокоит. Простите, что разбудил… Такое дело, Марта, похоже, погибла. Не знаю. Я как раз у них. Говорят, несчастный случай. Попала под грузовик. Несколько часов. Да, мне тоже странно. Хорошо, я жду.

Он спрятал аппарат.

- Ваш друг, он где живет? Долго ему добираться?

- Нет, когда нужно, он очень быстро… передвигается, - ответил Дэмиен.

- Вы ведь ему не сказали, куда ехать, - заметил Петти.

- По GPS найдет.

- В каком это смысле? У вас какой-то маячок, что ли, есть?

- Я его только что в руках держал, этот маячок. Давайте просто подождем молча, хорошо? Мне нужно подумать.

- Извините.

Профессор понял, что ему холодно и плохо. В голове было пусто. Можно было держаться за логическую невероятность происходящего, но тогда становилось непонятно, кто лежит в чёрном пакете, и что случилось вечером с показаниями регистраторов. Внезапная поломка, как он предположил, радуясь, что теперь можно сесть в кресло и спать до утра с чистой совестью? Не бывает таких совпадений. И потом, если это не Марта – была в мертвом теле какая-то с ней нетождественность – то кто?

Профессор выглянул наружу, но там оказалось ничуть не лучше, и он вернулся.

- Где-то я раньше о ней слышал, - через некоторое время сказал полицейский. Его учили так говорить на опознании: это развязывало языки.

- Конечно, слышали, - откликнулся Савант. – Помните историю рочестерского маньяка?

- Который языки варил? Лет двадцать назад? Этот, как его, Долби?.. Дарби?..

- Да-да. А помните, его поймали после того, как очередная жертва, совсем девочка, даже не подросток, ему кипятком в лицо плеснула и сбежала?

- Теперь, когда вы сказали, да. Так бы вряд ли вспомнил. Давно было, я еще в школу ходил.

- Вот эта девочка и была Марта.

Детектив удивился, что его хитрость обратилась правдой. Но скоро ему уже казалось (так всегда бывает), что он с самого начала смутно припоминал что-то такое, только не мог понять, что.

- Я вот чего тогда в той истории совершенно не понял, - сказал он, - Так это откуда она в парке поздно вечером кипяток взяла.

- Дерби где-то в тех местах орудовал. Это она знала, газеты писали. Вот и гуляла там каждый день. Точнее, каждую ночь. С термосом.

Петти посмотрел в глаза Саванту. Тот, похоже, и не думал шутить.

Они подождали молча, размышляя о двух разных мирах, и через некоторое время услышали шум винтов.

- Ни хрена себе, - сказал полицейский, выбегая наружу. – Ни хера ж себе.

Ярко-оранжевый вертолет, снабженный надписью «Лесное хозяйство графства» и двумя водяными пушками, пытался сесть прямо в саду клиники, но никак не мог выбрать место - молодые яблони росли слишком часто. На этой высоте уже заметно было, что на пилоте надет бронежилет.

Когда до земли оставалось еще метра полтора, из вертолета, как боксерская перчатка из дурацкого сюрприза, выпрыгнул бодренький толстячок лет сорока. На нём была кожаная куртка, джинсы с заклепками и черные очки, в пять утра выглядевшие весьма нелепо, о чём Савант ему и сообщил.

- Вот вертолет не дают покрасить в чёрный цвет, так хоть это, - ответил Кригер, достал удостоверение жестом ковбоя, выхватывающего пушку, и показал Ричарду. – Сержант, властью Короны я снимаю вас с дежурства. Сызи-с-чрзвычыныны-обстыми вы оставите пост, не дожидаясь смены. Никому пока ничего. Поедем сейчас, вы нам покажете место происшествия. Может так случиться, что быстро мы не управимся. Если что, утром позвоните домой, что именно скажете, уточним по ходу дела.

- Домой звонить особо некому, - апатично сказал Петти.

- Тем лучше. Идемте, покажете ребятам, они заберут пациентку. Первичный осмотр проводили уже? Прозектор-то здесь?

Детектив помотал головой.

- Осмотрел её и домой поехал. Еще и часа не было.

- Так, - сказал Кригер. - Так. Что-нибудь, чего вы нам не сможете рассказать, он знает?

- Я не врач, - начал Петти.

- Врач - не врач, какая в жопу разница. Точно грузовиком её? На теле какие-нибудь неожиданные повреждения? Что-нибудь ещё странное? Изнасилование? Свежие шрамы?

- Вроде бы нет... Он ни о чем таком не говорил. Вряд ли, он удивился бы.

- Ну и черт с ним тогда, до утра пусть спит. Покажите пацанам, где тело. Найдется, чем обернуть? А, правильно, они же у вас тут в мешках уже. Тогда мы прямо так заберём. Документы на неё вам все оформим потом, не волнуйтесь. Савант, вы на машине? – спросил Кригер, и, не дожидаясь ответа, добавил: - Подкинете нас?

Ученый пожал плечами, подразумевая что-то вроде «куда я денусь», и по дорожке из древних камней направился к выходу. Петти побрел следом, оставив дверь открытой нараспашку. Кригер, замыкавший шествие, выглядел конвоиром.

- А эта мисс Сью, - не вытерпев, сказал полицейский, - Она была спецагентом каким-то, да? Если нельзя говорить, то не говорите, я всё понимаю. Просто, ну, интересно. Вертолёт посреди ночи, и вы вот… - он запнулся, потому что сам не знал, как объяснить собеседнику его необычность, и есть ли в этом необходимость.

- Нельзя, дружок, - с интонациями санитара ответил Кригер. – И я тебе ничего не скажу. И то, что ты уже знаешь, ты тоже никому говорить не должен. Бумагу ты потом подпишешь, но дело не в бумаге. Сам понимаешь. Меньше говоришь – спокойнее живешь.

Профессор чертыхнулся, споткнулся и на ходу посмотрел на них через левое плечо:

- Это на какой срок секретность?

- Что значит «на какой срок»? Вы что, думаете, она когда-нибудь заканчивается? Ну не знаю, если всё тихо будет, архивы лет через двадцать пять открывают, где-то так. Не помню.

Петти удивился, что профессору, понимавшему происходящее куда лучше него, правила игры, оказывается, тоже были известны не до конца.

Троица прошла сквозь здание клиники. Когда они уже садились в автомобиль, парадная дверь снова слегка заскрипела - и сразу же захлопнулась. Кригер обернулся, сделал пару шагов в ту сторону, затем перешел на бег и скрылся внутри. Послышались крепкие выражения. Петти подумал, что остававшемуся невидимым сторожу самое время окончательно перестать понимать английский.

- Сержант, - тихо сказал Савант странным голосом, - У вас с собой пистолет?

Слова прозвучали очень четко, и полицейский не сумел подумать, что ослышался.

- Этот человек безумен, - продолжал профессор, - Внимательно за ним следите. Если он решит меня убить, не дайте ему это сделать. Когда поедем, незаметно приготовьте оружие и дайте мне знать. Утром будет хорошая погода, вон какие звёзды, - чуть громче заключил он. – Виктор, я поведу?

- Ваша же машина, - ответил уже возвращавшийся Кригер. – Так на Каспарова похож!

- А?

- Шахматист такой был знаменитый, русский.

- Это мне известно, а кто похож-то?

- Да охранник же, в клинике. Только молодой еще совсем.

Они расселись – учёный за рулём, агент рядом с ним, полицейский примостился на заднем сиденье, - и тронулись в путь. Солидные ночные тени малоэтажных строений скоро закончились, вокруг зашумел лес.

- А когда я начинал служить, - неестественно бодрым голосом сказал Петти, - Давно, еще в детективы не перевелся. Меня ставили в паре патрулировать вот эти как раз места. Я помню еще, мне только-только выдали тогда пушку! Я тогда помню, чувствовал себя как бог, ведь это можно раз – и кого угодно взять на прицел! Достал незаметно – и всё! Всегда готов!

- Помолчите, а? - оборвал его Кригер. В голосе можно было различить сомнение – он чувствовал, что полицейский ведет себя неправильно, но всё же не успел ничего понять.

- Петти, слушайте запоминайте, - торопливо и громко заговорил Савант, вжимая педаль газа в пол. - Марта Сью была единственным настоящим человеком на Земле. Мы все философские зомби, нас не существует.

Так это всё-таки он сумасшедший, понял детектив. А вовсе не Кригер с его вытаращенными глазами.

- Просто запомните, вам не обязательно понимать. Перескажите тем, кто поймет. Это должны все узнать. Не дайте ему это скрыть. Люди должны будут понять, что всё это значило. Мы – понять, что мы здесь делаем. Почему мы всё ещё тут. Без неё. Напомните им про калибровку шкалы. И про полюс изомонад, всегда вокруг неё.

- Кому им-то? – жалобно спросил Петти, переводя дуло пистолета с плеча Кригера на спину Саванта и обратно, не зная, кто из них на него – или не на него – сейчас набросится. Агент успел повернуться к нему боком, чтобы уменьшить площадь силуэта, но на таком расстоянии это заученное движение было бессмысленным.

- Людям. Неважно. Журналистам. Учёным. В интернете. Монадологам. Найдутся те, кто поймут.

- Савант, вы закончили? – ядовито спросил Кригер. – Не гоните так, вы нас всех сейчас угробите, вам это тоже не надо. Успокойтесь, золотце, не буду я вас прямо сейчас ничего. Хотя ремня вам, конечно, не мешало бы.

Учёный молчал и дышал так, как будто только что пробежал километр. Наконец его прорвало:

- Я не с вами разгова

- А я с вами, и послушайте меня. Не знаю, чего вы там себе навоображали

- Марта не была копией, и на вскрытии хроноскопом это можно будет устано

Кригер молниеносно двинул водителя кулаком. Машина вильнула и её занесло. Петти едва не выстрелил.

- Слушайте, - прорычал Виктор, пока Савант хлюпал носом. – Вы всё всем расскажете. Хотите, прямо сейчас, остановимся, и расскажете вот ему как следует, не спеша. Даст бог, поменьше истерить будете. Только потом вы двое – помолчите хотя б неделю, дайте подчистить всё. Если расскажете всему миру про неё сейчас – вы хоть представляете, какой будет скандал? Наши же с ней разве что за ручки не ходили на виду у всех. Короче. Всплывёт – найду обоих, и, слово даю, пристрелю лично. За шпионаж для русских китайцев. Мне медаль дадут. Это хоть вы понимаете, доброе вы чудовище?

Все замолчали, автомобиль сбавил скорость, а затем остановился.

- Смените кто-нибудь, кровь идет, неудобно, - пожаловался учёный, выбираясь из машины.

- Я здесь пока посижу, - откликнулся полицейский с заднего кресла. Убирать пистолет он не собирался.

- Тогда говорите, куда ехать, я тут впервые, - сказал Кригер, шумно перебираясь на водительское место. Петти подумал, что этот немолодой, неуклюжий толстяк никак не может так быстро махать кулаками.

- Все время прямо, тут одна дорога, - откликнулся он, подождав, пока Савант промолчит.

Через пять минут они остановились на непримечательном участке шоссе. В свете фар был виден толстый, черный тормозной след, обрывавшийся чуть дальше ужасной кляксы на асфальте. Профессор не стал присматриваться к тёмному пятну, но остальные двое не могли себе этого позволить.

Небольшой кусок дороги был не очень аккуратно не то отмечен, не то отгорожен хлипкими столбиками и красно-белой лентой. Поблизости никого не было.

Виктор хлопнул дверью, походил пару минут туда и обратно, и раздраженно произнес:

- Вы что, тут просто так всё оставили, без присмотра? Где ваши сотрудники?

- Зачем тут сейчас сотрудники? Люди и так перерабатывают, чтобы асфальт-то ночью охранять. Тело забрали, сфотографировали всё, что тут ещё.

- Охренеть можно. Какого мы вообще сюда ездили? Скажите,.. как вас зовут-то?

- Сержант-детектив Ричард Петти, - ответил полицейский.

- Вы следы измерили? Ну там, расстояние между колесами, рисунок протектора? Марку грузовика знаете? Перехват объявили?

- Так это утром всё, рабочий день начнется, бригада приедет. Займемся.

- Тааак. Вы тут вообще с ума посходили? Он у вас утром в Рио-де-Жанейро будет! – Кригер быстрой походкой пошел к детективу, и тот сделал шажок назад.

- Никуда он не денется, - ласковым голосом сказал Петти, с огромным запозданием наконец зачисляя оппонента в разряд крикливого начальства, ни бельмеса не понимающего в расследованиях. А ведь давно мог бы догадаться, ещё когда Кригер употребил слово «прозектор». – Я по опыту скажу, пока он ехал, его видели человек пять, хоть и поздний вечер. Кого-нибудь из них мы быстро найдем, значит. Потом, он знаете, с какой скоростью отсюда валил? На всех камерах наверняка засветился. К одиннадцати у нас его описание, еще через полчаса номер, где-нибудь после полудня уже грузовик найдем, он его бросит где-нибудь в пригороде. И не сегодня, тогда, в крайнем случае, завтра он уже будет у ребят слезу пускать, мол, сам не знаю, что это на меня нашло, ах, ну конечно, я должен был вызвать парамедиков, и у меня же дети.

Кригер сел на капот и положил руку на лоб, как будто у него болела голова.

- Вы вообще умышленного убийства никогда не видели, - утвердительно произнес он. – Вам в принципе в голову не приходит, что он мог её не случайно здесь задавить. Что это могли быть профессионалы. Что машин могло быть больше одной, грузовик угнан за час до этого, камеры по дороге выведены из строя. Вы же всё это только в кино видели, да?

- Да ведь вы-то тоже, - ответил Петти.

Головная боль Кригера как будто усиливалась.

- Так, - наконец сказал он. – Я прогуляюсь, мне нужно подумать. Имейте в виду, я далеко отойду, чтобы вы меня не отвлекали, так что если нужно будет чего – кричите, и как следует.

- Чего это он? – спросил полицейский, когда кожаная куртка потерялась в темноте.

- Стало быть, ему нужно, чтобы я и впрямь вам всё подробно рассказал.

- А как же секретность?

- Видите же, он как будто ничего не будет знать.

Сумасшедшие оба, решил Петти, и сдался.

- Рассказывайте.

(продолжение следует)

Tags: fiction, ok
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments